×
 

25.12.2014 // 19:00
Обратите внимание на дату публикации.

Тайырбек Сарпашев: "О критике, о капельном орошении и о биометрии"

Удивительная психология у людей: они охотно верят в негативную информацию и с большим удовольствием ее муссируют, а потом, когда выясняется, что все сказанное было неправдой, теряют интерес к этой теме. Так произошло с вице-премьер-министром Тайырбеком Сарпашевым. Почти год в некоторых СМИ публиковали различные факты, порочащие его честь и достоинство. А когда депутатская комиссия выяснила, что отрицательная информация не имеет под собой оснований, никто не удосужился извиниться и ее опровергнуть. Мы решили выяснить подробности этого скандала у самого высокопоставленного госчиновника.

 

О критике

- Тайырбек Дуйшекеевич, как вы расцениваете нашу кыргызскую действительность, частая смена членов и глав правительства мешает работе?

- В любой конструкции требуется стабильность. Парламент избирается на 5 лет, президент на 6, хотелось бы, чтобы и правительство было более стабильным, так как выполняет основную работу. Но частая смена правительства в Кыргызстане стала обыденностью. После 2010 года, после смены власти, изменилась и сама природа власти, мы стали парламентско-президентской республикой. Если сравнить с другими странами, которые также пришли по пути парламентаризма, то и они подвергались такими изменениями, как частая смена правительства, так как были привязаны к парламентской коалиции. Но все зависит теперь от того, как сформируется парламент. Думаю, еще должны дважды пройти парламентские выборы, чтобы через эволюционный процесс у нас, как и в других развитых странах, остались 2-3 крупные политические силы, вокруг которых будут объединены основные игроки на политическом олимпе.

К примеру, в США две лидирующие партии, в Англии три. Вот когда наши партии укрупнятся, тогда и мы достигнем стабильности. А у нас сегодня часто получается так, что коалиционное большинство назначает членов правительства, а потом депутаты выходят с публичной критикой того или иного министра, хотя сами же голосовали за него. То есть парламентаризм должен пройти эволюционный путь. Конечно, хотелось бы, чтобы было более стабильно. Но с другой стороны, когда мы знаем, что нам отпущено мало времени, нас это диверсифицирует, заставляет работать более решительно, более быстрыми темпами, чтобы достичь хороших результатов. Это нас мобилизует.

- Первым вице-премьер-министром вас назначили 6 сентября 2012 года. При нынешней частой сменяемости правительства вы уже долгожитель. Как удалось продержаться на этом посту, несмотря на жесткую критику в СМИ и создание депутатской комиссии по изучению фактов допущенных вами нарушений? Ходят слухи, что вы чей-то родственник... Проясните ситуацию для наших читателей.

 - Я мечтаю о том дне, когда на политика будет работать его незапятнанная репутация, а не его деньги, за которые он нанимает на короткое время СМИ и транслирует то, что ему нужно. Конечная цель таких действий не в том, чтобы очистить общество, а, наоборот, заточить под себя и занять позицию, чтобы удачно пойти на политические выборы. Это тот случай, когда играет не репутация человека, а СМИ в качестве орудия атаки. Я отношусь к своей репутации очень тщательно, щепетильно, так как считаю, что репутация это собственность. Здесь присутствуют все элементы собственности. Она накапливаема годами, исходя из политических взглядов. Она приумножаема и защищаема. В моем случае те депутаты, которые нападали и были заинтересованы меня дискредитировать, распространяли информацию обо мне, которая носила бездоказательный, бессистемный характер. Сама депутатская комиссия практически поставила точку, придя к выводу, что все обвинения в отношении меня необоснованные.

Там есть единственный факт, который имел место за мою 20-летнюю карьеру. Но, несмотря на решение комиссии, только один депутат, председатель комиссии и член конкретной партии был заинтересован. Он и тиражировал в СМИ неподтвержденную информацию. И когда выяснилось, что эта информация не подтверждается, он даже не подумал извиниться. Я благодарен членам депутатской комиссии, что они тщательно изучили все факты и опровергли популистские заявления этого политика. Но надо уточнить, что он не один, у него есть заказчики. Эти люди идут на следующие парламентские выборы и хотят таким образом выбить из колеи наиболее влиятельных членов партии СДПК. Кстати, подобная атака была не только на меня, но и на других членов партии. Я активно сотрудничал с комиссией, изложил все факты, депутатская комиссия изучила и поставила точку. Теперь Генеральная прокуратура проверит еще раз все эти факты и вынесет свое решение.

- А о каком факте вы говорите?

- В 1998 году мне навязали 44% акций "Иссык-Куль-банка" на сумму в 5 тысяч сомов. Сегодня этот банк уже не существует. Моя вина в том, что я эти акции не указал в декларации. Остальные факты о лоббировании якобы своих фирм в тендерах и прочие обвинения оказались притянутыми за уши. Все это не было доказано, и я расцениваю как не что иное, как информационную атаку. На моем месте мог оказаться любой политик, который находится в парламенте или правительстве, если он будет избран объектом нападения. Технологии по очернению уже отработаны: сначала заказывают статью в газете с надуманными фактами, потом инициируют создание депутатской комиссии. Комиссия ведет работу целый год, а в это время транслируют через подконтрольные СМИ снова и снова данные факты, как будто комиссия находит подтверждение им. Но в конце комиссия ставит точку, и об этом скромно умалчивают.

Пусть теперь и Генеральная прокуратура проверяет, я открыт. Я и дальше буду защищать свою репутацию. Потому что репутация - это единственное, что у меня есть, несмотря на то, что мне приписывают несметные богатства. Репутация, я считаю, передается по наследству. Дело в том, что 15 лет назад я впервые баллотировался в парламент по своему Токтогульскому округу, и большинство избирателей отдали мне, 30-летнему молодому специалисту, свои голоса из уважения к моему отцу, который в этом селе или районе был очень авторитетным человеком. Поэтому репутация - это очень важная вещь, и рано или поздно срабатывает. И потом, я человек верующий, я верю в справедливость, я верю в Бога. И если люди, зная, что все факты в отношении меня бездоказательны, сознательно шли на это вероломство, они получат по заслугам. Бог им судья!

 

О сельском хозяйстве

- Вы курируете реальный сектор экономики. Что бы назвали в уходящем году успехами нынешнего правительства и конкретно вашего сектора?

- Вы правильно говорите об успехах правительства в целом, потому что это коллегиальный орган, и один член кабинета никак не может повлиять на работу в целом. Первое, что нам удалось, несмотря на негативные факторы в соседних странах, это обеспечить рост ВВП на 4 процента. Это хороший показатель. Удалось соблюсти макроэкономический показатель на стабильном уровне. И вообще 2014-й я могу назвать годом стабильности. Дело в том, что по сравнению с прошлым годом у нас не было таких массовых протестных выступлений населения с перекрытием стратегических трасс, с ультиматумом и шантажом. Люди начали осознавать, что стабильность нужна не правительству, не президенту, не парламенту, а стране, людям. Вчера у меня были работники "Макмалзолота". Они просили, буквально умоляли, чтобы мы привлекли инвесторов, они готовы их на руках носить, лишь бы завод работал. Я ответил: "Вас бы поселить в Чаткале, Алабуке или Таласе, где люди часто перекрывают дорогу и выступают против инвесторов. Это непростая работа региональных руководителей по изменению сознания населения.

- Что скажете про сельское хозяйство?

- В этой отрасли неудач было больше, чем удач, из-за погодных условий и нехватки воды. Но с другой стороны в этом году нам удалось запустить такие хорошие проекты, как закупка минеральных удобрений на 40% ниже рыночной цены, сэкономив полмиллиарда сомов для крестьян. Второй хороший проект - это интервенция сахара. Каждый год мы наблюдали, что цена на сахар не стабильная и в летний сезон достигала 70 сомов за килограмм, причем это подорожание ничем не было обосновано кроме сговора так называемых сахарных королей. Нами было принято решение сделать централизованную закупку сахара в Азербайджане по приемлемой цене. В результате в этом году была самая стабильная цена - около 44 сомов.

Третий удачный проект - это расширение лизинговых операций. В этом году мы получили 20 млн долларов сроком на 20 лет по лизинговой линии. На эти деньги нам удастся выдать 4 тысячи 200 единиц сельскохозяйственной техники, мы условно считаем, что это трактора "Беларусь". И в течение следующего годам мы должны закупить 1000 единиц техники, то есть в месяц по 100 тракторов. Это огромный ресурс. На днях мы уже раздали первую партию - 225 тракторов - сельчанам.

- Тракторы это здорово! Наше сельское хозяйство очень нуждается в модернизации.

- И в новых технологиях. Для этого мы активно внедряем капельное орошение. Люди начали понимать, что высокотехнологическое направление приносит свои плоды, и уже в Иссык-Кульской области начали его развивать. К весне закончится строительство завода совместно с китайскими партнерами по комплектующим для капельного орошения. У нас очень много неосвоенной земли, которая стоит в статусе пастбищ, но как пастбища не используется. Там проблема воды. И чтобы внедрить капельное орошение, нужен насос и электроэнергия. Есть новая технология, когда ставится насос и рядом солнечная батарея. И солнца там, в Иссык-Кульской области, очень много. Мы также в лизинг получаем 20 млн долларов через "РСК банк" на тепличное хозяйство. То есть крестьяне могут получать теплицы в лизинг, и в течение 7 лет отработать. Эти проекты очень вдохновляют нас и прибавляют энергии, показывают, что мы нужную работу делаем. И со временем решим вопрос нехватки воды.

- Перечисленные вами проекты реализуются с различными зарубежными партнерами, в том числе с Китаем. Вхождение в Таможенный союз не будет тормозить это сотрудничество?

- Абсолютно нет. Мы как раз завершаем оптимизацию Минсельхоза, вносим структурные изменения, связанные с новыми требованиями ТС. Многие не понимают, что такое Евразийский экономический союз, говорят, что мы теряем часть суверенитета. Это союз государств, которые решили применить единые таможенные пошлины. И не более. Запретов на сотрудничество нет. Единственное последствие - это на некоторые товары могут повыситься таможенные пошлины. И все. То есть у Кыргызстана свой бюджет, налогообложение автономное, вся денежно-кредитная политика остается самостоятельной. А внутри границы все будут открыты, товарообмен будет свободным. Самый большой выигрыш при вхождении в Евразийское пространство, если мы используем все инструменты своевременно, будет для сельского хозяйства. Эту сферу ожидает бурный рост, потому что сельскохозяйственные товары востребованы и Казахстаном, и Россией, а значит, наш экспортный потенциал там. Поэтому и подорожание продуктов питания будет связано именно с этим фактом, так как крестьяне могут дороже продать плоды своего труда, и в городе повысятся цены.

- Ну тогда мы, горожане, начнем дачами заниматься...

- Крестьяне начнут жить богаче, их труд будет эффективнее, начнут смелее брать кредиты и вовремя расплачиваться. Начнется экономическая активность. Да, при вхождении в Евразийский союз есть плюсы и минусы. Но если не войдем, то получим больше негативных последствий в экономике.

 

О плюсах биометрии

- Еще раз объясните нашим читателям про биометрику. Среди населения ходят разные слухи, люди не знают, зачем это нужно, какие санкции будут, если не сдать биометрические данные, почему такая критика?

- Каких-то 10 лет назад у нас не было сотового телефона, и мы жили спокойно. Когда сегодня мы забываем дома мобильный телефон, весь день у нас проходит в дискомфорте, дела останавливаются. То же самое с биометрикой. Когда весь народ сдаст свои данные, очень многим возможностям открывается простор. Допустим, в Монголии биометрика внедрена вот уже 6 лет. Они поставили терминалы по всей стране для получения справок. Как у нас в Кыргызстане получают какие-нибудь справки? Нам надо вылавливать домкома или идти в госучреждение, стоять в очереди, потом заверять эту справку. А монголы просто подходят к терминалу, прикладывают свою карточку и им выдают любые справки. Таким образом, упрощается жизнь. И в прошлом году монгольское правительство через терминалы бесконтактно выдало 492 тысячи справок при населении в два раза меньше, чем у нас. У нас эти процедуры происходят с человеческим фактором, не исключая коррупцию и очереди. То есть первое преимущество биометрии - она упрощает жизнь человека и экономит время.

Второе. Бороться с преступностью станет в разы легче. Расскажу такую историю. В 1885 году Фрэнсис Гальтон доказал, что человеческие пальцы носят уникальный характер и по ним можно составить картотеку и находить преступников. В 1911 году в Лувре похитили Джоконду кисти Леонардо да Винчи. Вора нашли с помощью отпечатков пальцев. С тех пор получила бурный рост современная наука дактилоскопия. Но понадобилось 27 лет, чтобы доказать необходимость этой науки. Создание биометрической базы окажет эффективное воздействие в раскрытии преступлений.

Третий момент - у нас на границах постепенно устанавливаются аппараты дактилоскопии. Получать разрешение на въезд будет легче. Всего 150 лет назад не было фотографии и человека сложно было идентифицировать. Раньше для этого замеряли длину локтя, пальцев, ушей. А благодаря биометрии появится возможность быстрее идентифицировать человека.

- Критики биометрии считают, что эти данные можно будет использовать против самого человека.

- А я хочу спросить, каким образом? Например, в интернете есть фотографии любого человека, и как эти фото можно использовать против человека? То же самое с отпечатками пальцев. Как их можно перенести на место преступления? Таких технологий нет.

- Это если вы честный и порядочный гражданин, то вам бояться нечего...

- Вот именно, нечего бояться порядочному и честному гражданину. Биометрии боятся преступники либо люди, связанные с криминалом. Кроме того, в 2015 году предстоят парламентские выборы. Многие политические силы активно готовятся к ним. Некоторых не устраивает голосование по биометрическим данным, потому что они привыкли фальсифицировать результаты и отработали технологии, с помощью которых некоторым лидерам политпартий удавалось дорасти до должности премьер-министра. Их не устраивает биометрия, потому что их методы по сравнению с сегодняшним днем устарели. Невозможно будет два раза голосовать, невозможно организовать "карусели". Да и пачками вбросить бюллетени нельзя будет, по одному бюллетеню только можно будет ввести в автомат. Остается третий риск - это подкуп избирателей, но это вопрос к моральным устоям общества. Вот это мы исключить не можем. Хотя идеологически будем работать.

- Если мы с помощью биометрии пытаемся провести честные и прозрачные выборы, почему же противниками выступают некоторые правозащитники?

- На этот вопрос я до сих пор вразумительного ответа не услышал. Потому что эти же самые правозащитники год назад транслировали идеи о проведении честных и прозрачных выборов. И это очень большой шаг. А сегодня они утверждают, что таким образом нарушаются права человека. Я им возражу: биометрия направлена на то, чтобы защитить права граждан. За кого люди голосуют, те и должны быть избраны в парламент. Вот вам еще один пример. На выборах в Оше на один из участков пришли всего 200 человек. Сто из них проголосовали за одну партию, что выяснил экзитпол. К вечеру приходят люди в черном, вбрасывают в урны 400 бюллетеней за другую партию, которая на этом участке получила менее 20 голосов. Реально победившая партия осталась со своими 100 голосами, а партия-конкурент, за которую вбросили 400 бюллетеней, победила с 420 голосами. Где справедливость? Где права граждан? Их право избрать достойного мэра было растоптано! И эти партии опять готовятся к таким же выборам. И тут вновь возникает вопрос репутации. Такие партии не будут заботиться о репутации своей партии, о работе с населением, они будут стараться собрать определенное количество бумажек с портретом Вашингтона и отдать их избирательной комиссии и попытаться вбросить свои бюллетени. А с биометрией это будет невозможно.

- Кроме Монголии, в каких странах еще собирают биометрические данные?

- Биометрические данные собирают везде. К примеру, все граждане спокойно сдают биометрию при получении шенгенской визы. И граждане почему-то не вспоминают о своих правах. При въезде в арабские страны берут снимок сетчатки глаз. Таким образом, мы беспокоимся о безопасности Европы, подчиняемся правилам, установленным в ОАЭ. Они снимают наши данные не для того, чтобы обезопасить нас, а для того, чтобы обезопасить свою страну. Поэтому, когда дело касается безопасности Евросоюза, мы молча сдаем свои данные, а когда касается нашей страны, где мы живем, растим детей, противники почему-то вспоминают о правах человека. Но я скажу так: закон уже принят, граждане обязаны эти данные сдать. И через некоторое время государство тоже может отказать в оказании некоторых госуслуг тем, кто не сдал вовремя биометрические данные. Если хотите жить в нашей стране, подчиняйтесь ее законам.

- До какого времени мы должны сдать наши биометрические данные?

- Желательно сегодня. На сегодняшний день полтора миллиона наших граждан уже сдали биометрические данные. Как оказалось, наш народ более законопослушный в сельской местности. До 1 марта все должны постараться сдать свои данные, после этого мы начнем вводить ограничения на оказание госуслуг.

- В конце нашего разговора хотелось бы узнать, как вы встречаете Новый год и что пожелаете кыргызстанцам?

- Встречаю всегда дома с детьми, в кругу семьи. Перед Новым годом у нас традиция объезжать родственников, поздравить всех. А кыргызстанцам я желаю в новом году стабильности, взаимопонимания, мира каждой семье, терпения, быть верными своим идеалам. Стремиться к нравственным ценностям, чтобы выработался иммунитет к негативу. Чем нравственнее общество, тем оно стабильнее. Веры в справедливость, благополучия и больше воды в виде осадков!

Автор: Лейла Саралаева
Источник: газета "Жаны Жуздор" №16 от 25.12.14 / стр. 4 и 5

Комментарии: