×
 

27.10.2014 // 18:17
Обратите внимание на дату публикации.

Турсунбек Акун, координатор по правам человека в Центральной Азии: «Приблизишься к власти – сожжет, отойдешь далеко – заморозит»

Народный омбудсмен Турсунбек Акун работает омбудсменом государств Центральной Азии. О такой информации он сам обмолвился намеками в разговоре с сотрудником нашей газеты, коллегой, когда повстречались в одной из новостроек города Бишкека. Судя по сказанной информации, Турсунбек Акун написал специальный проект по защите прав человека, который профинансирует Евразийский фонд. А проект выиграл в городе Астане Казахстана. Поэтому его главная штаб-квартира расположится в Кыргызстане. Для получения более полной информации мы заглянули в рабочее время в его офис, расположенный на пересечении улиц Советской и Киевской города Бишкека, побеседовали с ним. Во время нашего посещения внутри офиса было пустовато, кроме кое-какой оставшейся использованной мебели, но, несмотря на это народный омбудсмен принимал одного-двух человек.

- Турсунбек ага, пусть будет благополучным ваше новое рабочее место!

- Спасибо, заходи, садись…

- Этот ваш офис вроде не похож на финансируемый международным фондом…

- Аа, да, да. Это место мы получили только что, скоро все разместим (приведя в порядок кабинет у входа), там будет еще наша девушка-секретарь. А это мы организовали для приема посетителей. А так они предоставляли современный офис в одном из больших отелей. Но там будет много препятствий для входа-выхода наших простых граждан. К тому же мы то место думали использовать только для проведения собраний нашей организации.

- Простите, а ваша организация отличается от настоящих правозащитных объединений, организаций?

- Алтынбек, ну это ведь так, в каждой из упомянутых тобой стран Казахстане, Узбекистане, Таджикистане и других странах есть институты омбудсмена и ведущие работу по правам человека неправительственные НПО. Мы – большая организация, объединяющая их всех, финансируемая международным фондом. Поэтому выполняемые нами работы очень ответственные. Мы будем ежегодно давать оценку отдельной стране в  соблюдении прав человека. В этом 2014  году мы готовим отчет с целью дать оценку положению с правами человека в Узбекистане. Мы вынесем результаты до 10 января 2015 года. Я пока координатор большого проекта по контролю прав человека в Центральной Азии, скоро проведем собрание координационного совета, съезд. Тогда, может быть, если бог даст, могу быть избранным председателем на известный срок. Теперь в каждой стране Центральной Азии будут наши представительства. Они напрямую станут подчиняться нам. Ну а наше отличие от государственного института омбудсмена – мы не будем зависеть от власти, получая от нее деньги. Если омбудсмен работает в интересах граждан только одного государства, то мы поведем работу на международном уровне, но наша работа пойдет совместно с ним и в тесной связи.

- А вообще-то, место омбудсмена не такое уж «жирное». Почему-то у нас севшие на эту должность обязательно окунаются в скандалы, получают плохой отзыв, наконец, уходят с должностей раньше до срока избрания, и для вас это не чуждо…

- Правильно, с одной стороны сказанное тобой обоснованно. Но у сегодняшнего омбудсмена вопрос другой. Его доклад не прошел в ЖК. Значит, должен уйти. Да еще этот омбудсмен изначально начал неправильно работать. Дело в том, что стал больше склоняться в сторону оппозиции, открыто односторонне поддерживает ее. К примеру, одного рядового врача избил депутат, вместо поддержки того врача он поддерживает земляка-депутата. А депутат что, в руках есть власть, силён, в любом месте обопрется на власть. Поэтому омбудсмен должен поддержать слабого. Омбудсмен в основном должен быть примирителем, держать интервал между властью и оппозицией. Приблизишься к власти – сожжет, далеко отойдешь – заморозит. Вот надо наблюдать за этой температурой и быть осторожней! Я придерживался этого принципа и проработал около 6 лет. А этот джигит рискует уйти, не проработав 6 месяцев. Да еще жалуется: «Моя зарплата маленькая». Ну, это стыдно, он получает 30-35 тысяч сомов. Выше этой зарплаты в Кыргызстане не получает ни один государственный служащий, даже депутаты. Зарплата депутатов от силы 18 тысяч сомов. А он по сравнению с ними получает в 2 раза больше. Оказывается, такими бывают те, кто приходит, прицепившись к подолу сестры или к близким родственникам. Говоря иначе, он пришел без подготовки и стал омбудсменом. Вот такие люди становятся президентом, премьер-министром или при наличии 50-100 тысяч сомов депутатом. Но чтобы стать омбудсменом, надо родиться омбудсменом.

- Значит, вы себя считаете врожденным омбудсменом?

- Ай, ты правильно пойми, омбудсмен должен быть человеком, кого все слушают, иметь свое весомое место. Потому что у омбудсмена нет власти. Его должны слушаться, он должен иметь авторитет и уважение общественности. А я пришел, ради демократии споря и дерясь 15 лет. Да еще я этот институт омбудсмена превратил в сильный институт не только в одной Центральной Азии, но и в СНГ. Конечно, здесь очень большой вклад внесла моя команда, работавшая вместе со мной. Мы получили статус «Б» по СНГ. И когда должны были получить статус «А», меня сняли с должности. Если б мы получили статус «А», то на нас дождем бы пролились инвестиции. И народу было бы хорошо, как говорится, получать беспроцентные кредиты.

- Сможет ли теперь ваша организация оказать на определенном уровне влиятельную помощь простым людям, чье право нагло растоптано и не защищено? Или вы ограничитесь просто дачей оценок, подготовкой отчетов, ведением анализа…

- Конечно, мы сможем помочь. Вот уже сейчас, ты сам видишь, сколько людей с улицы обращаются. Их ряды очень многочисленны. Они приходят так же, как в мою бытность омбудсменом. Для их удобства мы сняли этот двухкомнатный офис в центре города. А так они, не ходя в институт омбудсмена, обращаются прямо к нам. Поэтому мы оказываем им посильную помощь.

- Скажите точнее, какую помощь оказываете? 

- Алтынбек, во-первых, большинство обращающихся приходят, не глядя, есть или нет в моих руках власть, или же на мое влияние-млияние для решения вопроса. Они смотрят на мое место в обществе, обращаются. Ведь я ходил с самого начала демократии, и обществу хорошо ли, плохо ли стал известен, у меня есть свое лицо, место в политике. Вот никто не узнаёт большинство депутатов в ЖК. По сравнению с ними меня узнают и знают в ряду таких политиков, как Текебаев, имеющих солидное место в политике. Наверное, из-за этого наши граждане узнают меня на улице или в другом месте и приходят, говорят свои жалобы, просят помощи. И по сказанному ими, в случае неправильного возбуждения уголовного дела судами, МВД, СНБ и другими силовыми  структурами, при неправильном следствии, или же в случае незаконных увольнений айыл окмоту, губернаторами, администрацией, когда попираются права, я выйду на них: «Почему так происходит, дайте ответ». Выйду на связь в качестве координатора от своего имени  письменно, по телефону и интернет, попрошу. На этом основании не могут не дать нам ответ. Потому что представители власти стесняются, когда на связь выходят известные люди, а простых людей не считают за человека. Ну, по возможности мы постараемся решить вопросы граждан, обращающихся ко мне как к известному правозащитнику, в нашу организацию. Но мы не адвокаты, чтоб брать деньги и участвовать в судебных процессах как защитники. Мы вот так пишем проекты, можем оказывать бесплатную юридическую помощь в защите прав детей, женщин, лиц с ограниченными возможностями или сидящих в заключении. Также ведем работу по экстрадиции и в свою страну граждан, задержанных в зарубежных странах. Это путь перевода из колонии одного государства в колонию другого государства.

- Кстати об экстрадиции, почему Батукаева в таком положении не перевели в тюрьму России, а с особыми почестями вы проводили прямо домой?

- Просьба, мне лучше не давать ответа по этому вопросу. Сколько раз я в прессе подобно Шаршену повторял, информировал. От этого же не вышло никакого толка. Скажу только одно. В освобождении Батукаева виновны 22 человека, но только я ушел с должности. Ты понимаешь ли, есть истинный виновник. Напрямую виновных 21 человек, они остались сидеть белоснежными, как будто ничего не знают, а меня сделали крайним, обвинили. Теперь и их по разным причинам снимают с должностей. Но вдумчивый, анализирующий человек хорошо знает, что разгадка этого узла упирается в вопрос Батукаева. Их вина принимается во внимание. К примеру, есть прямая вина у тогдашнего главы Службы исполнения наказаний Рысалиева, министра здравоохранения Сагынбаевой, министра МВД Суранчиева. Но их увольняют постепенно, дав пройти время с другими отговорками. А ведь стоявший во главе этих виновных Суранчиев за такую халатность должен был ответить головой. Вместо этого наш президент подарил ему наручные часы, выпроводил уважительно. Это намекает: «Не вздумай ничего говорить, а это тебе «кляп в рот». А если бы своевременно на них возбудили уголовное дело, докопались, то всплыло бы на свет, чей был заказ. И если бы президент с премьер-министром заставили их открыто, принародно рассказать все, спросили, если надо, то возбудили уголовное дело, а потом открыто сказали бы: «Мы сняли с должности за причастность к вопросу Батукаева», - тогда их собственная совесть стала бы чиста. В таком случае народ тоже поверил бы в их чистоту. Но теперь из их истории никто не сможет стереть вопрос Батукаева.

- Тем не менее Батукаев не умер, как мы все ожидали. Следовательно, а можно ли было нашим силовым структурам для его повторного задержания и привода работать совместно с ФСБ России, или с ее другими службами и вернуть?

- Если здесь ты намекаешь на сказанное мной тогда о Батукаеве, то дам короткое разъяснение. В то время Министерство здравоохранения выставило Батукаеву диагноз «Лейкоз крови». Учитывая свою специальность ветеринарного врача, имею понятие о медицинских терминах, хорошо знаю, какова эта болезнь. Например, состав крови делится на 3 группы клеток: эритроциты, лейкоциты и тромбоциты. Эритроцит придает крови красный цвет. При лейкозе нет красной крови, красная кровь превращается в белую. В такой момент человек умирает меньше чем за 3 часа. Поскольку вынесли такой диагноз, я тоже сказал не о 3 часах, а «ему осталось жить от силы 3 дня». Потому что в нормах международного права не рассмотрен особый закон «о черных» или «авторитетах». Так и здесь, Батукаев имел равные права с сидящими в других колониях. Правильно, я как кыргыз ненавижу Батукаева за его издевательства над кыргызами. Но здесь я как омбудсмен был вынужден озвучить те слова. Потому что я давал присягу защищать права гражданина независимо кто он. А ведь Сагынбаева выставила диагноз, Эрматов вынес решение суда, Суранчиев под личной охраной поехал и посадил в самолет, а правительство расстелило красный ковер и приняло все меры для проводов.

Раз Батукаев не умер, то известно только одной власти, какие работы делаются для его задержания. Но наша генеральный прокурор говорила: «Мы задержали Батукаева в Ингушетии. Теперь мы его экстрадируем в страну». И где теперь это, выполнили вышесказанное? До сих пор ни слуха ни духа. Сказала ложь, не боясь бога. Тем самым хочет оправдать себя. А ведь наоборот, генеральный прокурор сама стала адвокатом, говоря: «Здесь нет ничьей вины. Соблюдены все процессуальные нормы». Не прошло и года, как говорит: «Нет, оказывается, есть вина, мы должны снова его привезти». Что же это такое? Хоть немного постыдилась бы, если есть честь и достоинство. И вот этот человек до сих пор сидит в должности, проводит политику власти, работает утомленно. Тогда успехов в ее работе, пусть работает! Оставляю на волю бога, что нам еще делать, кроме этого!

Автор: Алтынбек ДАВЛЕТОВ
Источник: газета «Ачык саясат плюс» №29 от 24.10.2014/стр. 7

Комментарии: