×
 

13.01.2014 // 11:44
Обратите внимание на дату публикации.

Орозбек Молдалиев, полномочный представитель президента в Жогорку Кенеше: «Сейчас объединяющая и устойчиво удерживающая Афганистан – это религия ислама»

 

Пугающая опасностями не только всю Центральную Азию, но и весь мир кровавая поразительная история Афганистана, тесно связанные биографии таких «великих» террористов как «Аль-Каида», Бен Ладен и тысячи километров опийных полей, геостратегическое положение на взгляд со стороны крайне угрожающие. Вот сегодня с наступлением 2014 года опасное положение в Афганистане начало пугать большинство людей. Ведь сейчас вся Центральная Азия беспокоится «Не обострится ли ситуация в этом году после вывода коалиционных сил из Афганистана? Не усилится ли «Талибан»? Не распространится ли по Центральной Азии их идея?». Мы побеседовали об этих вопросах с известным аналитиком, профессором Орозбеком Молдалиевым.

- Агай, может ли возникнуть опасность в Центральной Азии от радикальных исламистов после вывода в 2014 году из Афганистана сил НАТО? В принципе, какое воздействие может оказать в целом на сам Афганистан вывод коалиционных сил?

- Сейчас пока нет оснований беспокоиться об этом. Причина в том, что целью талибов является установление в Афганистане своей власти, построение исламского государства. У них нет цели захвата Средней Азии, сделать Центральную Азию халифатом. Всего лишь они не отступают от своих намерений установить государство, как и во время их прихода к власти в 1996 году. Чтобы положение снова не обострилось после вывода в 2014 году коалиционных сил, сейчас проводятся переговоры между талибами и правительствами Америки и Карзая. Но поскольку цели талибов не совпадают с их требованиями, переговоры проходят сложно. Поэтому пока для талибов первично не распространение идей в Центральной Азии, а нелегкое решение своих взаимных вопросов, стабилизация экономического и политического положения.

Если скажем о внутреннем влиянии, то отрицательного воздействия не окажет, учитывая многолетнюю гражданскую и родоплеменную войну, расхождения во мнениях, низкое экономическое положение. Но если брать с точки зрения внешней политики, для Кыргызстана очень важно предотвратить угрозу нападения радикальных организаций и случайности.

- Если вдруг на Кыргызстан как в 1999 году нападут радикальные организации, то найдется ли путь выхода из положения? Готовы ли к этому наши вооруженные силы?

- Кыргызстан не слаб, как прежде, в борьбе с террористическими организациями. Ведь есть поддерживающая нас Организация Договора Коллективной Безопасности. Дело в том, что при возникновении угрозы и какая бы ситуация ни сложилась, на помощь придут члены данной организации.

- Сейчас говорят, что, несмотря на укрепление правительства Карзая, количество поддерживающих талибов в Афганистане чрезвычайно велико. И вообще, есть ли у талибов возможность снова установить свою власть как в 1996 году после вывода коалиционных сил из Афганистана в 2014 году?

- Когда в 1995-96 годах Талибан пришел в Кабуле к власти, то народ, воевавший с 1978 года, поддержал эту власть. Потому что талибы остановили гражданскую войну, объединили государство. С одной стороны, в декабре 2001 года в результате совместной операции коалиционных сил в Афганистане был свергнут режим движения Талибан. В последние 10 лет они перешли к террористическим действиям. Поэтому, хотя сегодняшнее положение другое, но еще рано говорить об их возможностях. Но следует отметить одну вещь. Можно управлять государством только когда объединятся роды и сформируются как нация. Сейчас это государство объединяет и удерживает в устойчивости религия ислама. Но, к сожалению, нет народного лидера, способного объединить всю нацию.

- Однако, в данный момент предполагается заинтересованность американцев в идеях талибов. Что бы вы сказали об этом?

- Хотя американцы ведут переговоры с талибами о последующем устройстве, но сомнительно, что согласуются с ними. Потому что отдельный вопрос – поддержат или нет американцы идею талибов о создании сильного радикального режима.

- Тогда в чем может быть заинтересованность сил, поддерживающих идею талибов и финансирующих их?

- Когда в Афганистане к власти пришел Талибан, его правительство признали такие страны как Объединенные Арабские Эмираты, Пакистан и Саудовская Аравия. И сейчас есть влиятельные государства, поддерживающие идею создания халифата талибов. Но необходимо понять, что речь идет главным образом не о государственной власти, а о влиятельных силах там. Во многих мусульманских государствах может быть много сил и богатых людей, желающих, чтобы «установилась сильная модель, придерживающаяся ислама как у талибов».

- В случае прихода талибов к власти может ли открыться дорога для будущего Афганистана?

 

- Во-первых, это отдельный вопрос, придут они к власти или нет. Потому что правительство Карзая укрепилось, его армия, полиция обучились, набрались опыта. Поэтому вполне может быть сформировано коалиционное правительство. Одна вещь – фактор Талибана нельзя отвергать в Афганистане. И у нас же много региональных факторов.

- Принимаются во внимание угрозы похожего на движение Талибан Исламского движения Узбекистана. Правильно ли наличие в демократической стране радикальных организаций? Так, много говорят о построении государства, находящегося целиком под воздействием ислама. Какова ваша точка зрения?

- Конечно, неправильно. Но это изначально установилось в тех государствах. Касательно Исламского движения Узбекистана, оно раскололось пополам, создана Исламская партия Туркестана, но по привычке ее называют Исламским движением Узбекистана. Есть стремления построить в Ферганской ли долине, в Кыргызстане ли, в общем, исламское государство. Есть также поддерживающие их силы. Такова ваххабитская идеология, возникшая в Саудовской Аравии и занимающая свое место.

Многие говорят о строительстве халифата – государства, целиком под управлением ислама. Однако эта идея не реализуемая в нынешних условиях. К примеру, возьмем только Турцию, турки отказались от халифата, находятся на пути европейской модели демократии. В основном они все являются мусульманами, в обязательном порядке ходят в мечеть, пять раз в день читают намаз, и наряду с этим живут своей светской жизнью, стали передовой страной мира с развитой экономикой. Во-вторых, в Коране и Хадисе не сказано: «Вы обязательно постройте исламское государство халифат и живите в нем». В этом отношении правильна позиция у Европы – она выбрала демократию, не вмешала религию в политику. В принципе религиозные организации не должны вмешиваться в политику. Религиозные организации – это сама по себе большая сила. Власть, не отдающая управление религиозным организациям, тоже сама по себе сила.

У нас некоторые политики неправильно понимают свободу совести (вероисповедания), полагая, что «государство не должно вмешиваться в дела религиозных организаций». Свобода вероисповедания – это свобода граждан придерживаться той или иной желательной религии или не придерживаться, и гарантией тому служит закон. В государстве все обязанности, права, свободы, ответственность определяются законом, ограничиваются им, и нет сферы, куда не вмешивается власть. Все определено Основным законом. Однако неправильно рассматривать религию в отрыве от государства. К примеру, в Америке не может стать президентом не верящий в Бога человек.

- Расскажите о нынешнем положении Афганистана и конкретных угрозах в случае прихода талибов к власти?

- Сейчас в Афганистане нет национального лидера подобного Ахмад Шаху, основавшему в древности афганское государство- страну дурранийцев. Во-вторых, хотя есть объединяющая их идея, но они не могут выбрать единый путь развития Афганистана, в объединении ведущий вперед. Вопрос террора и экспорта наркотиков в Афганистане превратился в опасный вопрос. А если к власти придет Талибан, то есть основное опасение о возможности навязывания им государствам вокруг себя идеи создания государства с радикальным исламским вектором.

- Афганцы открыто экспортируют опий по миру. Известно о ежегодном расширении там нелегальных опийных полей. Есть ли возможность остановить эту опийную угрозу?

- В Афганистане опий выращивается нелегально. В мировой теневой наркоторговле афганский опий занимает 92% и оценивается в 65 млрд долларов США. Из них 160 млн уходит на поддержку международного терроризма. Различными путями наркотики распространяются в Европе. Перевозятся и через Центральную Азию. Местное население живет за счет этого, привыкло к наркотикам. Ведь нет источников доходов, производства, которые заменили бы место наркотиков. К примеру, если на севере Афганистана 1 кг героина стоит 1-3 тысячи долларов США, то в России продается от 8-10 до 15-20 тысяч долларов. В Европе это стоит уже 35-40 тысяч долларов.

В прошлом году в Афганистане произведено 3,7 тысяч тонн опия, потому что опийные растения поразила болезнь. В позапрошлом году произведено 5,8 тысяч опия, в 2012 году опий посеян на площади 154 тысяч гектаров. 8% населения занято выращиванием опия, доля которого составляет 1-1,5 млрд долларов. Разве народ перестанет изловчаться, его трудно остановить.

- Сейчас наблюдатели сомневаются в полном выводе коалиционных сил в 2014 году, появились предположения о начале другой миссии. В принципе, какие интересы имеются у Америки в Афганистане?

- Америка не интересуется опием Афганистана. Но она не может не обращать внимания на геостратегическое значение этого государства. Различные силы используют в своих интересах страны, не способные встать на ноги, в особенности, когда в народе нет единства.

- Какую оценку вы дали бы внешней политике Кыргызстана с Афганистаном? Какую пользу мы от них хотим получить, и что они хотят взять у нас?

- Рядом с Афганистаном находятся Пакистан, Иран. Все необходимые вещи они получают из Китая, Пакистана, Ирана. Поскольку является аграрной страной, то в торговом отношении им многого не нужно. Но интересуются бобовыми. Если обратимся к масштабным проблемам, они нуждаются в электроэнергии, воде. На каждом предприятии имеются генераторы. Свет – ограниченное явление, это можем там увидеть. Поскольку в Афганистане ковры и драгоценные камни производятся с высоким мастерством, мы может брать у них такие вещи.

- Раз речь идет об Афганистане, нельзя не сказать о памирских кыргызах. Что бы вы сказали как политолог?

- Правительство Афганистана обращает внимание на наших кыргызов, живущих на Большом и Малом Памире. Оказывает посильную помощь, построило две маленькие школы на Большом и Малом Памире, временно направило медиков и прочее. А у нас все беженцы из Афганистана занимаются бизнесом, не просят помощи у государства, ведут свое хозяйство, встали на ноги.

Памир – великая земля кыргызов. Нам нельзя бросить такую священную землю и уйти. К тому же народ ведет оседлый образ жизни, адаптировался к тамошнему климату, не все думают о переселении. Хорошая вещь – сам вопрос, что там жили кыргызы. Есть желающие уехать. Поэтому мы должны оказывать посильную помощь. Во-первых, организовать врачебные экспедиции, проверять их здоровье, надо помогать. Если привезем местную молодежь, начала подготовим на краткосрочных фельдшерских, акушерских курсах, отправим назад, а потом станут ездить получившие среднее медицинское образование. Обучение учителей тоже можно упорядочить такими же способами. Если у нас нет условий, то разве трудно привлечь международные организации, организовать необходимую помощь? Министерство молодежи тоже должно рассмотреть это, привлечь патриотическую молодежь, желающую оказать помощь.

Большой и Малый Памир, где они живут, имеет стратегическое значение. Ведь эти земли граничат с Пакистаном, Индией, Китаем, Таджикистаном, находятся в чрезвычайно важном месте. В случае строительства дороги через Ваханский коридор их жизнь намного облегчится.


Автор: Кайыргуль МОЛДАЛИЕВА
Источник: газета «De факто» № 1 от 10.01.2014 / стр. 7

Комментарии: